Главная » Технологии » Технарям тут не место: как гуманитарии захватывают Кремниевую долину

Технарям тут не место: как гуманитарии захватывают Кремниевую долину

Технари все чаще уходят на второй план в угоду клиентоориентированному подходу в ведении бизнеса

Диктатура профессионалов с инженерным образованием в технологиях уходит в прошлое: все более востребованы становятся гуманитарии – они лучше умеют налаживать диалог с пользователем

Slack Technologies – один из главных в мире стартапов «на выданье»: с аудиторией 1,1 млн пользователей и оценкой инвесторов $2,8 млрд сервис для командной работы онлайн давно ходит в фаворитах венчурного капитала. Если вы хоть раз пользовались Slack, то знаете: ключевая «фишка» проекта – Slackbot, аватар-помощник, способный давать советы и подсказывать с ювелирной точностью, так что все время подозреваешь в боте человеческий разум. Такую изобретательность и впрямь невозможно запрограммировать: за креативный подход бота отвечает один из 180 сотрудников Slack – 38-летняя Анна Пикард, редакционный директор компании. Она успела окончить Университет Манчестера по направлению «театральное искусство», прежде чем разочаровалась в профессии из-за постоянных унижений на прослушиваниях и кастингах. Пожив некоторое время подработками – ведением блогов, сценариями для видеоигр и даже исполнением роли кота в одном из спектаклей, Пикард неожиданно нашла свое призвание в технологиях. Ей пришлось по вкусу сочинять веселые и оригинальные ответы на запросы пользователей, которые вечно пишут что-нибудь вроде: «Я люблю тебя, Slackbot». Миссия, объясняет Анна, заключается в том, чтобы «удивлять и радовать». На выходе Пакард имеет опцион на покупку акций Slack – неплохая компенсация за смену профессии.

Кому в голову пришло приглашать несостоявшуюся актрису на работу в B2B-стартап, занимающийся софтом? Автор авантюрной идеи – Стюарт Баттерфилд, 42-летний кофаундер и гендиректор Slack, чья двузначная доля в компании оценивается в шестизначную сумму от $300 млн. Он и сам плоть от плоти гуманитарий: степень бакалавра философии в канадском Университете Виктории и магистра философии и истории наук – в Кембридже.

«Философия научила меня двум вещам, – говорит Баттерфилд в интервью Forbes, которое CEO Slack дает в головном офисе компании в Сан-Франциско, мекке программистов всего мира. – Во-первых, я узнал, как важно внятно излагать свои мысли. Во-вторых – как важно до конца отстаивать свои аргументы, это сильно помогает на переговорах. А история наук – это еще и история заблуждений и развенчания мифов, в которые люди могут верить веками».

Философский подход Баттерфилда близок по духу бизнесу Slack. Самые продвинутые инженерные умы Кремниевой долины по меньшей мере пятнадцать лет бились над рецептом удобного софта для системы управления коллективным интеллектом. Однако на выходе раз за разом получался ущербный продукт, отторгаемый пользователями.

Slack удалось построить мост между технологией и человеком.

Этот интуитивно понятный и функционально простой сервис взял лучшее от предшественников в диапазоне от Dropbox до Twitter и теперь помогает пользователям структурировать работу с документами, фото и файлами данных в логические каналы для удобной сортировки.

Упрощение корпоративной рутины, должно быть, не кажется непосильной задачей, если ты, как Баттерфилд, провел молодость за анализом трудов Людвига Витгенштейна. Но создатель Slack не уникален. Во всех ведущих технологических хабах США, от Кремниевой долины до Сиэтла и от Бостона до Остина, софтверные компании заново открывают для себя ценность гуманитарных наук. Инженеры по-прежнему получают самые высокие зарплаты в отрасли, но работодатели-визионеры масштаба Facebook и Uber готовы все больше инвестировать в нетехнарей. Особенно такие таланты ценятся в продажах и маркетинге. Чем чаще продвинутые программисты мечтают о том, что напишут код, который изменит мир, тем сильнее они нуждаются в опоре на социализированных «алхимиков», способных привести их к потребителю и упаковать прогресс в привлекательную обертку.

Нечто подобное происходило в 1920-х, когда революция в автопроме породила бесчисленное множество смежных рабочих мест для специалистов, «внедрявших» машины в повседневную жизнь: маркетологов, продавцов, инструкторов, ремонтников и так далее. Тот же эффект наблюдается сегодня. Как пишут профессоры Массачусетского института технологий Эрик Бринйолфссон и Эндрю Макафи в своей недавней книге The Second Machine Age, в индустрии происходит инновационное распределение труда: всю рутинную работу выполняют компьютеры, а человек подключается для исполнения задачи, в которой ему по-прежнему нет равных, – генерирования творческих идей и действий, реализуемых во вселенной big data.

По прогнозу Министерства труда США, к 2022 году около миллиона американцев начнут заниматься преподавательской деятельностью. Еще 1,1 млн займут рабочие места в отделах продаж. И динамику обеспечат не школы с супермаркетами, а технологии. Это будут высокооплачиваемые тренеры, бизнес-коучи, авторы мастер-классов и менеджеры по продажам. Для сравнения: в том же временном отрезке число инженерных рабочих мест увеличится всего на 279 500 единиц и обеспечит рынку труда не более 3% роста. Технологические специальности сами по себе не решат проблему безработицы в долгосрочной перспективе, подтверждает партнер McKinsey Global Institute Майкл Чуи.

Гуманитарная тенденция пока не вписывается в государственную повестку.

На рынке труда США царит «технологоцентричная» модель, согласно которой инженерное образование — чуть ли не единственный путь к успеху. Барак Обама неустанно призывает тратить больше на вузы, готовящие технарей. В февральском интервью порталу Re/code президент провозгласил уроки программирования «гигантским приоритетом»: «Учиться этому должна не кучка детей – учиться этому должны все».

Де-факто люди без технического образования уже извлекают выгоду из бурного роста «чужой» индустрии. Показательную статистику можно легко собрать на LinkedIn. 62 887 пользователей соцсети для профессионалов в последнюю декаду окончили Северо-Западный университет (штат Иллинойс). Из них 3426 теперь строят карьеру в Кремниевой долине, среди популярных работодателей – Google, Apple, Facebook и та же LinkedIn. Из этой выборки, в свою очередь, всего 30% приходится на инженеров и других специалистов по ИТ. Остальные – те самые нетехнари, которые устроились в сфере продаж и маркетинга (14%), преподавания (6%), консалтинга (5%), расширения клиентской сети (5%) и других нишах в диапазоне от продуктового менеджмента до рынка недвижимости. Добавьте к ним работающих в Долине выпускников факультетов психологии, истории и других гуманитарных специальностей – и окажется, что программисты здесь больше не доминирующая сила.

Еще один яркий пример успешного нетехнаря – аккаунт-менеджер Slack Рейчел Ли, в 2011-м окончившая Университет Беркли. В компании она всего несколько месяцев, но уже реализовала важный проект – помогла крупной строительной компании внедрить софт Slack в смартфоны сотрудников, так что те могут онлайн следить за кучей рабочих процессов, от поставок стройматериалов до мониторинга законодательных новаций. Ли признается, что с трепетом относится к коллегам, которые пишут код. Те в ответ уважают ее умение «общаться с конечными пользователями и выяснять, чего они хотят».

Источник: forbes.ru

НЕВЫЛЕТ.РФ - Онлайн сервис проверки всех долгов