Главная » Недвижимость » Как на Рублевке

Как на Рублевке


                Как на Рублевке
Россиянам вернут жилье, в которое не стыдно пригласить иностранцев


                Как на Рублевке

Ансамбль Queen Mother’s Square, Паундбери, Великобритания

Фото: Куинлан Терри

История европейской архитектуры — это череда возвращений к классическим канонам красоты, перемежающаяся периодами радикального от них отказа. Битва между классикой и «новым языком форм» идет и поныне. Причем сегодня особенно активно — в жилом строительстве.

Застройщики в последнее время все как один говорят о том, что привлечь потребителя можно только в том случае, если к доступной цене добавить «бонусов», о которых массовый потребитель раньше не мог и мечтать — это и планировки, характерные для дорогого жилья (двухуровневые квартиры, мансардные окна, пентхаусы и прочее), и благоустройство общественных зон от именитых дизайнеров, и авторская архитектура.

Все чаще в рекламе новых проектов звучат эти слова — «авторская архитектура от….». Естественно, в кризис и речи не идет о том, чтобы переложить расходы на архитектурную часть проекта на плечи потребителя — никто не купит. А значит, сейчас самое время «снимать сливки». И на этом фоне усилий застройщиков по привлечению покупателя заметной стала тенденция обращения к классическому стилю в архитектуре.

Что и говорить, классику в массе мы, наверное, все-таки любим больше, чем модернизм, возникший в начале двадцатого века как демонстративный отказ от всей предшествовавшей художественной традиции. Архитектура тогда стала tabula rasa, попыткой начать все с чистого листа. Но тяга к классике, как к некоему идеалу, понятному и заказчику, и архитектору, и обывателю, до конца никуда не исчезла. Эти два полюса сохранялись на протяжении всего прошлого века и плавно перешли в век нынешний.


                Как на Рублевке

Ансамбль Queen Mother’s Square, Паундбери, Великобритания

Во второй половине ХХ века классические мотивы в основном подавались в постмодернисткой интерпретации: гротескной, в которой история представала как «каталог образцов для подражания», для всевозможных цитат и свободных, порой ироничных, трактовок. В частности, в таком ключе строил в 1980-х годах свои колоссальные жилые кварталы испанский архитектор Рикардо Бофилл, создавший новые города-спутники Парижа и застройку Антигоны в Монпелье на юге Франции. А недавно, кстати, поучаствовавший и в разработке новых российских панельных серий. Бофилл говорил о том, что ему в своих проектах, где цитировалась классика, так и не удалось создать гармоничную среду — не хватило целостности и, главное, инфраструктуры.

В 1980-90-е зародился так называемый новый классицизм, вернувший городам классические формы и градостроительные мотивы — уже безо всяких иронии и постмодернизма. В России, правда, тенденция оказалась с сильным налетом местной специфики: обрадованные открывшимися с переходом к рынку возможностями, застройщики нещадно перебарщивали с красотой, так что некоторые из первых элитных объектов похожи скорее на кондитерские изделия, чем на классические постройки. Хотя вдохновлялись архитекторы явно ими.

На Западе же необходимости наверстывать упущенное не было, и архитектура жилых зданий развивалась в своем естественном ритме. Теоретические основы нового классицизма создал люксембургский архитектор Леон Крие, призывавший к возврату к квартальной застройке городов и использованию архитектурного ордера. Что характерно, Крие не просто теоретизировал — он воплотил идеи на практике, а именно, под покровительством принца Чарльза спроектировал городок Паундбери в Дорсете в Англии. Город строился с полным соблюдением исторических традиций в планировочных решениях, образах построек и даже материалах.


                Как на Рублевке

Ансамбль Queen Mother’s Square, Паундбери, Великобритания

Другой архитектор Паундбери, тоже любимый Чарльзом, — Куинлан Терри — также последователь классицизма — вплоть до того, что некоторые недоброжелатели называли его архитектуру историческими декорациями. Так или иначе, Терри убедил застройщиков в том, что успешнее с экономической точки зрения строить в духе «традиционной» архитектуры — хотя бы потому, что такие здания «красиво стареют». Примерно то же самое сегодня происходит и у нас.

И пока в Англии в бесконечном споре между модернистами и неоклассиками чаще побеждают первые — может, на фоне изобилия исторической архитектуры хочется чего-то нового и свежего, — в России неоклассицизм набирает популярность. Причем неоклассицизм не декоративный, не «вылизанный», а вполне естественный — которому, обещают архитекторы, старение пойдет только на пользу.

Первым и самым последовательным идеологом классического стиля в России стал Михаил Филиппов, проектировавший в нем начиная с середины 1980-х годов: сперва на бумаге, сейчас уже в масштабах города. «Классицизм — не стиль прошлого, — считает Филиппов. — Наоборот, это стиль будущего как российской, так и всей мировой архитектуры. Модернизм изжил себя: эстетически, эмоционально это краткосрочная архитектура. Мало кому интересны состарившиеся памятники модернизма, при этом все любят старые города за их красоту. Получается, что именно эта антинаучная категория — красота — больше всего ценима и востребована».


                Как на Рублевке

UP-квартал «Римский»

Филиппов первым же доказал, что классика, при всей своей элитарности, может быть доступной, создав проект социального жилья на улице Маршала Рыбалко. Она может быть и элитной, как в «Итальянском квартале» или «Римском доме», причем разница будет не столько в самой архитектуре, сколько в стоимости материалов и технического оснащения. Хотя сейчас застройщики массового жилья перестают экономить и на этом. В новом проекте Михаила Филиппова — UP-квартале «Римский» — по словам президента компании-застройщика ФСК «Лидер» Владимира Воронина, все решения не дешевле, чем в том же «Итальянском квартале».

Классицизм в России уже вышел на уровень градостроительства — в частности, в проектах «Ивакино-Покровское», «Город набережных», «Опалиха 2» Максима Атаянца и компании Urban Group под Москвой. И даже на уровень национальных проектов: самый яркий пример здесь — «Горки-город» в Сочи авторства Михаила Филиппова и Максима Атаянца, двух столпов отечественной неоклассики.

«Модернизм прекрасно работает на контрасте со старым городом, но сам по себе он не умеет создавать среду, в его истории нет ни одного качественно сделанного города, — говорит архитектурный критик Григорий Ревзин, — Москва уже исчерпала возможности точечной застройки в центре, и девелоперы строят огромные комплексы, по сути целые города, на удалении. Здесь современная архитектура часто проигрывает, особенно когда речь идет о доступном жилье. У классической архитектуры есть большая традиция создания доступной, человечной и удобной городской среды — это, к примеру, “сталинские” города, особенно некрупные». Как раз такие проекты создает Максим Атаянц, а недавно к ним добавился и «Римский» от Михаила Филиппова, презентованный в начале ноября 2016 года. Архитектор и застройщик называют этот проект новым городом с европейской архитектурой, построенным по римским градостроительным «лекалам» — с площадями, от которых расходятся улицы.


                Как на Рублевке

UP-квартал «Римский»

Максим Атаянц, который вслед за успешным «Городом набережных» строит сегодня для Urban Group новый проект «Лайково», уверяет, что его вдохновляют не столько классические образы зданий, сколько сам подход: «С 1955-56-го года, с отказом от сталинской классики, произошли радикальные изменения в архитектуре, и мы сегодня видим результаты этих изменений — это массовая застройка огромных площадей, которая породила отчужденную, недружелюбную человеку среду. Мы с ней боремся, программно и последовательно возрождая традиционное градостроительство, с его фасадами и центральными улицами, переулками и площадями, иерархией пространств, помогающей во всем этом ориентироваться. Мы стараемся вернуть представления о градостроительстве как о важной части строительного искусства, и эта традиционность подхода потянула за собой и архитектуру — традиционную».

Об экономике неоклассицизма говорят и девелоперы. «Неоклассическая архитектура может быть эстетически содержательной и при этом исполненной в разумном бюджете. Для модернистских форм это невозможно. Например, минимализм кратно дороже в исполнении, чем неоклассика — как в интерьерах, так и в экстерьерах. Все, что выглядит чуть интересней, чем стандартная панель, обходится минимум вдвое-втрое дороже в строительстве. “На круг” модернистские стили требуют вложений, которые не по карману массовому потребителю. А если сэкономить, то неизбежен провал с эстетикой», — говорит председатель совета директоров Urban Group Александр Долгин.

Пользуется успехом традиционная архитектура и у потребителя. «Неоклассика сегодня популярна, как среди покупателей, так и среди девелоперов, — подчеркивает Алексей Трещев, директор по городской и загородной недвижимости Knight Frank. — Интерес связан прежде всего с тем, что она не теряет своей актуальности и не выходит из моды. Выбирая квартиру, покупатели в первую очередь обращают на расположение объекта и его цену, но и внешний облик играет важную роль — особенно в жилой недвижимости. Покупатели ищут не просто квартиры, а образ жизни, на который влияет и архитектура».

Жилой комплекс «Лайково»

Отрадно слышать, что сейчас этот подход «спустился» из элитного девелопмента в массовый сегмент, и теперь жилье с классической архитектурой и уютной городской средой стало доступным широкой аудитории. Конечно, эти проекты строятся не в центре, а в ближайшем Подмосковье. С другой стороны, предлагать покупателям проекты, из которых долго и неудобно добираться до Москвы, сегодня ни один здравомыслящий застройщик не рискнет. Так что тем, у кого почему-то еще остались «живые» деньги, достаточные для приобретения жилья эконом- и комфорт-класса, в ближайшие годы будет из чего выбирать.

Источник

НЕВЫЛЕТ.РФ - Онлайн сервис проверки всех долгов